ПНИЭИ

Воспоминания спасателя-добровольца

admin — Tue, 10 Jun 2008 07:56:50 +0000

Эти записки - исполнение обещания и ответ на настойчивые просьбы разных собеседников изложить на бумаге вес. что видел, что узнал и что знаю об этой трагедии, изложить оценки того времени, оценки ситуаций, оценки нашей работы и оценки себя тоже.
Прошло 14 лег, с тех пор многое изменилось, и сейчас испытываешь противоречивые чувства: надо ли писать сейчас об этом, будут ли поняты наши поступки и оценены нравственные посылы, их определившие? И другое - сумеют ли эти записи отразить весь объем и ужас Спитакской катастрофы?
Сумбурное время «перестройки», принёсшее народу и массу не оправдавшихся надежд, и ещё больше разочарований. Время, в котором открыли и опрокинули на головы народа Великой Страны воистину огромный мифологический «ящик Пандоры». Напомню, что эта женщина была наделена Богами не только привлекательными качествами, но также хитростью, лестью и коварством. С тем чтобы погубить род человеческий, она получила в руки этот ящик. Из любопытства она его открыла, и просыпались на головы людей страшные бедствия. И когда она его закрыла, в нём осталась одна Надежда! Как близка эта мифологическая картина картинам нашего времени!
8 декабря 1988 года. По радио и по телевидению прошло безликое, сухим суконным языком изложенное сообщение: 7 декабря в Армении произошло землетрясение. И больше никаких комментариев.
Вечером 9 декабря наша семья и родственники собрались у нас за традиционным поминальным столом: 9 дней со дня смерти матери жены. Сообщаю об этом сугубо приватном событии, чтобы была понятна обстановка, в которой было принято решение. В разгар общей мирной беседы, вдруг кто-то из присутствующих закричал:
- Включи скорей звук телевизора!
На экране шли страшные кадры картины разрушений, потрясшие весь мир. Притихнув, потрясенные смотрели и мы. На моем веку были землетрясения, например Ашхабадское но о нем молчали, просто сообщив, что было землетрясение Л тут такое показали! И сразу стало понятно, что в Армении произошло не просто землетрясение, а самая настоящая КАТАСТРОФА!!
Ещё шли эти кадры, и мы все ещё вглядывались в экран телевизора, а я, сам того не замечая, твердил непонятно откуда взявшиеся слова: «Придётся ехать, придётся ехать». И никто меня не спросил, куда и зачем. Всем было ясно и понятно. Решение пришло само собой и ни в чьём утверждении не нуждалось.
Звонок телефона. На другом конце провода знакомый голос:
- Телевизор включил? Смотришь? Рюкзак складываешь? - Косогоров всем задаёт такие вопросы.
С этого момента время переключилось и понеслось вскачь. Обзваниваю друзей. Узнаю у них номера телефонов дежурных Обкома и Облисполкома. Узнаю у дежурного, что только что закончилось совместное Заседание Обкома и Облисполкома, создана Областная Чрезвычайная Комиссия, председателем ее назначен Щербаков А. Е. Это уже легче. Он -мой бывший студент и, надеюсь, что он нас поймет. 11рошу дежурного записать нас двоих на срочный прием к Председателю Чрезвычайной Комиссии: Косогорова Валерия Михайловича и меня. Мне сообщают:
- Вы на прием записаны первыми. Время приема 9.00 часов 10 декабря. Принял дежурный. Текущее время 22 часа 15 минут.
Звонок «Бороде» - Косогорову. Слышу удивлённый не то выдох, не то вдох:
- Что, нас уже ждут?
-Да, «Борода», ждут и нам теперь деваться некуда. Только вперед без страха и сомнений.
Разделили, кого и кто извещает о возможном срочном отъезде, обзваниваем их. После 23.00 часов выясняем, что можно быстро собрать человек 15 добровольцев. С тем и пожелали друг другу спокойной ночи.
Утро 10 декабря. 9.00. Нас в Облисполкоме действительно ждут и проводят к Председателю ЧК. Обмениваемся приветствиями со Щербаковым А.Е.. Он меня знает и помнит, мы с ним не раз встречались.
- Что, Николай 11етрович, привело Вас ко мне? Учтите: кроме дел Чрезвычайной Комиссии я ничем не занимаюсь.
- А по делам её мы и пришли.
Знакомлю его с Косогоровым - спортсменом и альпинистом.
- Мы с Валерием Михайловичем обращаемся к Вам с просьбой, послать нас и нашу группу на спасательные работы в Армению. Мы не новички в этом деле, у нас есть опыт спасательных работ и в горах, и в тайге и в других местах, и мы там не будем лишними.
Александр Евгеньевич задает несколько вопросов Косогорову, пока готовят переговоры с Москвой и Ереваном, хочет увидеть, чем дышит он, «Борода», и попробовать понять, что он за человек. Сомнения развеяла фраза Валерия Михайловича:
- У нас есть главное: умение, навык сохранять работоспособность в экстремальных условиях в автономном режиме. Нам нужны только вода и дрова. Всё остальное у нас есть, всё остальное делать мы умеем.
Москва и Ереван дают «добро» на нашу поездку. Наступило время конкретных решений. Александр Евгеньевич обращается ко мне:
- Ну и кто же, Николай Петрович, в вашей группе будет руководителем?
- Инициатором поездки является Валерий Михайлович он человек опытный, в сложной обстановке не растеряется ему и карты в руки.
- Хорошо. Сколько дней вам нужно на подготовку. Сегодня в 10.00 улетает борт спецрейсом в Ереван. Когда будет следующий, сказать трудно.
Я не выдержал:
- Александр Евгеньевич, о каких днях вы говорите. Надо говорить о часах.«Борода» горячо поддержал:
- Конечно о часах.
- Но сегодня воскресенье, и склады закрыты, и мы не м( жем обеспечить вашу группу продовольствием.
«Борода» предложил:
- Нам продукты в срочном порядке и не нужны. Почти у каждого из нас есть на 10 дней неприкосновенный запас, на случай походов. Будем тратить его, снаряжение есть у всех.
Так что особых препятствий не видно.
Щербаков недоверчиво смотрит на меня. Что скажу я? Я согласно киваю головой и говорю:
- Дело за вами. Как скажете, так и будет.
Тут же предлагаю график подготовки группы, между собой нами обговоренный:
- Час на оповещение участников Вы нам даете?
-Даю.
- Час на подготовку снаряжения и его упаковку Вы нам
даете?
-Даю.
- Час на то, чтобы подготовить документы для группы, берете себе?
- Беру.
- Час на то, чтобы вытереть губы и доехать до аэропорта, - Что это за вытирание губ. Зачем это?
-Александр Евгеньевич, вы не поняли моей шуточной фразы. Мы едем не к теще на блины. Что с нами будет, мы не знаем. Знаем только, что спасательные работы всегда сопряжены с риском. И нам нужно собрать родных и с ними попрощаться, а также нам нужно известить об отъезде наши предприятия. И Ваших сотрудников просим, известить по месту нашей работы о нашем отъезде.
- Убедили. Итого 4 часа. Учтите, что борт везет медикаменты, кровь и плазму для переливания крови. Я сейчас отдам распоряжение о задержке рейса, но вы понимаете меру ответственности, связанную с этим? Ведь там всё это ждут раненые и больные. Кто будет отвечать за напрасную задержку рейса?
«Борода» вступил в этот непростой разговор:
- Конечно, за это отвечать должны будем мы, и отвечать своим добрым именем. Дороже этого у нас ничего нет.
И это звучит несколько риторически. Ведь подразумевается, что отвечать будет Председатель Чрезвычайной Комиссии. Обещаем, что не подведем.
Наступила неловкая пауза. Мы переглянулись с «Бородой». И я решился прибегнуть к испытанному способу. Нужно помочь Щербакову слезть с бюрократического пьедестала и перевести разговор на бытовой уровень. И предложил Александру Евгеньевичу пари: если через 4 часа окажется, что мы не готовы, мы пари проиграли. Ну, а если...
В комнату вошел помощник Щербакова А.Е.. Ему прозвучало распоряжение:
-Срочно объявите о задержке спецрейса до 14.00, и сообщите им о необходимости принять на борт группу спасателей. Руководитель группы - Косогоров Валерий Михайлович.

В помощь пешеходам

admin — Tue, 10 Jun 2008 07:52:11 +0000

В 1969 году заместитель директора по науке B.C. Дмитриев привез из Москвы макет указательного знака перехода для пешеходов. Необходимо было разработать чертежи под наше производство с модернизацией конструкции и все в очень короткий срок (в течение 5 дней), потому что страна подходила к знаменательной дате - 7 ноября, и пен-зенцев надо было порадовать чем-то необычным.
Сектору конструкторского отдела, которым руководил М.Л. Портнов, поручили срочно выпустить чертежи. Необходимо было, чтобы указательный знак освещался изнутри так, чтобы его было хорошо видно в ночное время. Работа была выполнена в срок, был изготовлен образец, который был одобрен руководством города. Затем срочно изготовили 20 штук знаков.
Так в Пензе на оживленных переходах появился мужчина в шляпе, приглашающий смелым жестом поднятой руки перейти дорогу.

Эмблема “Ласточка…”

admin — Tue, 10 Jun 2008 07:51:12 +0000

Эмблема «Ласточка...» была разработана и изготовлена по распоряжению директора Юрия Владимировича Книгавко. Идея эмблемы была изображена шариковой ручкой на листочке из карманного блокнота. Начальник отделения Анатолий Васильевич Кузюков дал мне листочек и приказал нарисовать, а затем и разработать эскизные чертежи, сдав их в опытное производство к намеченному сроку. На мой вопрос, а как же с плановыми работами, начальник ответил, что надо выполнить план и эмблему, а с вопросами по эмблеме обращаться к директору. На миллиметровке во всю чертежную доску в масштабе я нарисовал эмблему, проставил необходимые размеры. Для выполнения рабочих эскизов были подключены сотрудники сектора: художник Виктория Карпенко и молодой специалист Владимир Ефимов.
Для облегчения изготовления в опытном производстве эскизы были выполнены в натуральную величину. Мне с В. Карпенко пришлось нарисовать Ласточку на большом листе бумаги (составленном из многих листов) в масштабе 1:1.
Рабочие опытного производства изготавливали детали методом наложения чертежей на металлические листы с последующей разметкой и вырубкой.
Изготовив эмблему, работники опытного производства установили ее на здании железнодорожного вокзала Пенза-1.

Создание “Музея одной картины имени Г.В.Мясникова”

admin — Tue, 10 Jun 2008 07:49:44 +0000

В 1982 году обком КПСС принял решение о создании в Пензе «Музея одной картины», директором которого был назначен Сазонов (сейчас директор Пензенской картинной галереи).
Разработку, изготовление и пуско-наладочные работы были поручены ПНИЭИ (НИО-20). Выполнение этой работ было поручено сектору ремонта средств измерений (начальник сектора Э.А. Дицман). Работа была очень сложной, т.к. аналогов не существовало, документация разрабатывалась впервые, в процессе ввода в эксплуатацию приходилось (по требованию Сазонова) вводить новые режимы работы, менять алгоритмы работы. Все работы НИО-20 были выполнены в срок, в этой работе принимали активное участие следующие сотрудники НИО-20: Э.А. Дицман; Ю.А. Демин; В.И. Ваня-шев; А.И. Шариков и другие.
В январе 1983 года работы были закончены и 12 февраля 1983 года «Музей одной картины» был открыт и принял первых посетителей.
«Музей одной картины имени Г.В. Мясникова» пользуется высокой популярностью, его посещают не только жители Пензы и Пензенской области, но и все приезжающие в г. Пензу экскурсии и делегации. Экспозиция в «Музее...» периодически меняется, там демонстрируются картины из Третьяковской картинной галереи, Эрмитажа и других музеев столицы и Санкт-Петербурга.

О находчивости

admin — Tue, 10 Jun 2008 07:43:40 +0000

Бориса Васильевича Федюнина в ПНИЭИ мало кто нёч знал. В особенности, после того, как они вместе с его другом Виктором Сергеевичем Мальковым отрастили бороды. Балагур, весельчак Борис Васильевич часто потешал слушателей рассказами о своих приключениях. Из множества его расска зов мне запомнились два. Рассказ I.
Всем, кто часто выезжал в командировку в столицу нашей Родины, понятна такая сцена. Приезжаешь в Москву с порт-? фельчиком, выходишь из поезда, и к тебе неожиданно подруливает некий прилично одетый «тип», как правило, со значком на пиджаке костюма. Значок указывает на то, что «гни» окончил некое высшее учебное заведение. «Тип» объясняет что он в Москве проездом, по несчастью попал в больницу и теперь без гроша в кармане должен выехать в свой родной юрод (например, в Новосибирск). Расчет прост - среди приезжих полно «лохов», т.е. доверчивых до беспредела людей, готовых помочь «несчастному».
Борису Васильевичу однажды «повезло» еще больше -при входе в метро к нему бросилось сразу два таких «элемента». Видимо, их привлекла борода Федюнина - они приняли его за участника какой-то «выходной», с точки зрения заработка, экспедиции и давно не бывавшего в столице.
Медленно останавливаясь, Федюнин произнес: «Слушаю вас - и добавил - прокурор Калининского района».
Но словам Бориса Васильевича - «элементы» мгновенно «растворились» в толпе.
Рассказ 2.
Одно время Федюнин по каким-то своим делам ходил по льду Суры на другой ее берег. Маршрут начинался у гостиницы «Пенза» и пролегал по проложенной на льду тропинке на Другой берег. Однажды вечером, после окончания рабочего дня, Федюнин ступил на сурский лед. Все шло как обычно. Через некоторое время, Борис Васильевич услышал позади себя громкие крики. Крики издавали бегущий человек и догоняющая его толпа людей. Человек кричал одно: «Утоплюсь!». Толпа же клятвенно умоляла: «Держите его!».
Федюнин и «самоубийца» в одно время поравнялись с прорубью (очевидно, она была проделана во льду «моржами» - сторонниками зимних купаний в ледяной воде).
«Самоубийца» на мгновение затормозил на краю проруби, и в этот момент Федюнин спокойно произнес: «Послушай, какие у тебя хорошие часы. Дай их мне. тебе они совсем не нужны, там не понадобятся». По словам Бориса Васильевича, «самоубийца» недоуменно «вытаращился» на него, пытаясь понять сказанное. В то же время толпа набежала, схватила «несчастного» и потащила в сторону ресторана «Пенза». Федюнин же продолжил свой маршрут.

“Богатыри” и свекла

admin — Tue, 10 Jun 2008 07:42:24 +0000

В каком году произошел этот инцидент, точно не помню. Это произошло где-то в середине 70-х годов прошлого столетия.
Меня направили «старшим» в совхоз «Октябрьская революция» Колышлейского района. В моем подчинении было 70-80 сотрудников ПНИЭИ из разных подразделений института. Особенностью моего руководства являлось то, что контингент сотрудников постоянно менялся. Одни уезжали, другие приезжали. Нашей задачей являлась обработка посевов сахарной свеклы.
В очередной раз, на смену отъезжающим, из НИОИ-4 прислали отряд молодцев не ниже 180 см. Среди других выделялись Александр Болтенков (рост 190 см.) и Александр Мишнин (рост около 2 м.). На следующий день, с утра ребята пошли на плантации. Вернувшись с плантаций, в обед, ко мне подошел А. Мишнин. «Федорыч, - сказал Александр - не можешь ли ты освободить нас от свеклы, - и продолжил - ведь я стою сразу на трех рядках. Сверху я свеклу не вижу, а при наклонах срабатывает радикулит».
Пошел я к директору совхоза и заявил: «Мне на свеклу прислали «слонят». Они могут, конечно, вытоптать твои плантации, но лучше дать им другую работу». В это время в колхозе началась заготовка кормов, пошла «зеленка». «Если поставить их на «зеленку» - заявил я директору - то они будут выгружать машины не снизу вверх, а с верху вниз, что значительно эффективнее». Так и порешили. Ребята были довольны, а дело только выиграло.
Вместе с тем, в этой эпопее меня ожидал еще один сюрприз. Прислали бригаду косарей для обкашивания вручную «неудобья» косами. Бригаду возглавляла Валентина Булаева. Всем, знающим Валентину, известно, что ростом она «метр с кепкой». Увидев такую картину, я воскликнул: «Валюша, а ты косу - то поднять сможешь?». «Я косить умею!» - с гордо стью заявила Валентина.

Ушел от дамки

admin — Tue, 10 Jun 2008 07:40:13 +0000

В совхозе «Октябрьская революция» Колышлейского района, куда мы были посланы на обработку посевов сахарной свеклы, нас троих (Л.Н. Сапегин, А.В. Кульков и я) поселили в доме замечательной старушки. Мы звали ее бабой Дашей.
У бабы Даши было много всякой живности, в том числе собака - дворняжка по кличке Дамка. Дамка свободно разгуливала по всему селу, но ночью считала своей обязанностью охранять владения бабы Даши. Часто по ночам мы слышали ее сердитый лай. Этот лай особенно не нравился Артуру Васильевичу. Он жаловался нам, что из - за этой Дамки совсем не высыпается. Убедить А.В, в том, что «к жизни надо философски подходить» нам с Сапегиным не удалось. В конце концов, А. В. обратился с жалобой на Дамку к бабе Даше: «Баба Даша, что эта Дамка всю ночь лает ?». «Артур» - ответила старушка - «она же - собака». Убедившись в очевидном, наш Артур решил переселиться на другую квартиру.
Дня через два, вечером А.В. зашел к нам. «Как ты там устроился?» - полюбопытствовали мы со Львом Николаевичем. «Здесь одна дамка, а там их целая стая» - мрачно изрек А.В. Мы с Сапегиным мгновенно впали в гомерический хохот. В перерывах давящего нас смеха, мы давали Кулькову советы перейти на еще одну квартиру. «Хватит экспериментов» - уже более оптимистично ответил Кульков и, глядя на нас, сам стал похохатывать.
Закончив смеяться, мы втроем стали развивать тему о том, что от Дамок лучше не уходить в «узком» и «широком» смысле слова.

Водила

admin — Tue, 10 Jun 2008 07:38:26 +0000

В мае 1997 г. на территории кафедры РЭСС ПГУ я встретился с директором ПНИЭИ В.А. Оськиным. Валерий Анатольевич в то время часто посещал кафедру, т.к., во-первых, он по положению являлся руководителем филиала кафедры при ПНИЭИ и, во-вторых, читал на кафедре лекции по спецкурсу. Когда мы собирались уходить, В.А. спросил меня: «Ты куда сейчас направляешься?» «В ПНИЭИ», - ответил я. «У меня здесь машина, поедем вместе», - сказал В.А. Итак. Ось-кии за рулем «Москвича», а я вольготно разместился на заднем сидении. Подъехали к воротам. Водитель просигналил, ворота открылись, мы въехали на территорию института. В.А. остановил машину, чтобы выпустить меня.
В это время, на «крылечке», в торце 1-го корпуса находилось несколько наших сотрудников. Запомнил одного - Сергея Николаевича Глазырина. У сотрудников от удивления несколько округлились глаза. Действительно, не очень часто увидишь такую картину - директор везет своего подчиненного.
Быстро оценив обстановку, захлопывая дверцу автомобиля, я произнес: «Вол, нанял себе «водилу». В.А. не остался в долгу и продолжил: «Если у него водитель - министр, то кто же он сам?». С этими словами Оськин повел машину на стоянку, а я важно прошествовал по ступенькам внутрь здания. Глазырин поинтересовался: «Откуда это вы прибыли?». «Из «Политеха», - ответил я и добавил: - «Теперь директор сам будет отвозить меня в Политехнический». Оставив сотрудников в легком недоумении, я вошел внутрь помещения. Что было, то было.

Колхозные истории

admin — Tue, 10 Jun 2008 07:36:49 +0000

В поэме А. Твардовского «Василий Теркин» есть такой эпизод. Теркин сидит у старого солдата, и дед жалуется Теркину на свою пилу: «Что ты скажешь, точишь-точишь, не берет, ну что ты хочешь». Осмотрев пилу, Теркин произнес: «Послушай, дед, у нее развода нет. Лучше дай-ка мне разводку, мы ей сделаем развод». Покончив с этой операцией, Теркин, протягивая пилу деду, заявил: «Будет резать лучше новой, зря инструмент не кори».
На свекловичных плантациях основным инструментом, это известно всем, является мотыга (тяпка). Качество тяпки во многом определяет производительность труда на свекловичных плантациях. Летом 1981 меня направили «старшим» в совхоз «Чубаровский» Колышлейского района. По приезде в совхоз я встретил там В.А. Чередникова, который уже неделю находился в совхозе. На этот раз плантации были распределены между сотрудниками, и каждому досталось обрабатывать 1 га плантации. Лучше всего об этой площади сказал математик не только по образованию, но и по призванию Лев Николаевич Сапегин. Однажды, когда мы с ним «тяпали» сорняки на плантации в совхозе «Октябрьская революция», Сапегин произнес: «Когда я сидел за столом - точно знал, что гектар -это сто на сто. Сейчас я отлично вижу, что гектар - это тысяча на тысячу». Разумеется в метрах. Виктор Алексеевич сказал мне, что он понаблюдал за свекловичницами с Украины, которые, по договору с совхозом, взялись обрабатывать от трех до пяти гектаров каждая. «Знаешь, какие мотыги у них. Они легкие, из косы сделаны. Их не нужно поднимать для срезания сорняков, они ползут по земле, как змеи».
Нам же в совхозе выдали тяжеленные мотыги, сделанные из какого-то «мягкого» металла. Такая мотыга затупляется мгновенно. Точить ее напильником практически бесполезно.
Чередников предложил: «А что если мы отобьем эти мотыги, наподобие того, как отбивают косы». Сказано - сделано. Где-го нашли подходящую металлическую болванку в качестве наковальни, у механизаторов раздобыли молоток и приступили к работе. За два дня мы отбили несколько десяпшв мотыг, снабдив этими «произведениями искусства» всех сотр* ников НИОИ-4. Дела пошли на лад. У меня даже сложились такие стихи.
Отточенной тяпочки звон, К ногам сорняки опадают. Слабейшие лодыри - вон. Другие рубить продолжают. Через несколько дней в совхоз направили группу конст рукторов во главе с Михаилом Алексеевичем Портновым. (Зли вышли на плантации с выданными им мотыгами. Мы с Черед-пиковым проходим мимо «рубщиков лозы», как мы тогда шутили - плантации были запущены и сорняки выросли по пояс человеку среднего роста. Видим, как Портнов вздымает мотыгу выше головы и опускает ее стремительно. Чисто Микула Селянинович в борьбе со Змеем Горынычем. «Чего это гы. Миша, так развоевался?» - с некоторой долей подтырки спросили мы. «По-другому она не рубится», - отвечал Михаил. Тогда Чередников протянул ему свою мотыгу. «Попробуй вот этой», сказал он. «Где это вы взяли такую?» - восхитился Портнов. «Давай твою», - сказали мы с гордостью - «и все ваши мотыги мы также отобьем». Так и сделали. Конструкторы взамен обещали нам помочь обработать 1 га Чередникова. У меня, как у руководителя, «своего» гектара не было. Но я встал с Виктором Алексеевичем на «его» гектар и «конструкторская помощь» нам не понадобилась - мы закончили тяпать раньше.

Муки творчества

admin — Tue, 10 Jun 2008 07:35:01 +0000

Творчество, как известно, является высшей степенью ч ловеческого познания, а «Творец» приходит к нужному р зультату самыми различными, иногда, экзотическими путями Однажды, например, мне никак не удавалось решить одну комбинаторную задачу, а уже «на носу» был отчет. Эта задача буквально изводила меня, и помочь мне было некому. Решение пришло неожиданно, во сне. Проснувшись, я отчетливо, в деталях увидел решение. Главным в творчестве всегда является напряженный труд.
Вспоминаются два эпизода.
Эпизод I.
Осенью 1961 года наш главный инженер М.Г. Демков задумал сводный отчет по основной тематике института. Среди многих «осчастливленных» был и я. Получив задание написать главу в отчет, приступил к работе. Работу закончил 20-го или 21-го декабря и стал ждать вызова к Демкову. Михаил Григорьевич вызывал нас в известном ему одному порядке. До меня очередь дошла 24-го или 25-го декабря.
Просмотрев мой отчет и, в общем-то, одобрив его, М.Г. сделал несколько замечаний. В течение трех дней я доработал отчет и снова стал ждать вызова. Вызов последовал 31-го декабря после 8-ми часов вечера. Оставшись довольным проделанной мною работой, Михаил Григорьевич вызвал машинистку 1-го отдела Лидию Семенову и велел принять у меня блокнот. Я же был отпущен с Новогодними пожеланиями. На часах было 21 час с минутами.
До апреля 2002 года я считал себя рекордсменом, достойным занесения в книгу рекордов Гинесса. Но в апреле 2002 Юрий Васильевич Герасимов во время занятий со студентами филиала в институтском музее рассказал им, что 31-го декабря 1961 года он вышел от М.Г. Демкова после десяти часов вечера. Не знаю, был ли он последним. Для меня важно другое - оказывается, что я столько лет заблуждался, считая себя рекордсменом. Эпизод 2.
Во время проведения ОКР «Логос-Г» мы с Артуром Сергеевичем Виноградовым нашли оригинальное и эффективное решение одной из проблем обеспечения безопасности связи. В 1969 был написан предварительный отчет, получивший хороший отзыв у наших кураторов из 8 ГУ, и от этой комиссии (ее возглавлял новый куратор, некто Молчанов) мы также услышали лишь одобрение. Как выяснилось, мы плохо знали Молчанова. В середине февраля 1972 года из Москвы пришло известие о том, что Молчанов засомневался в принятом нами решении. Времени терять было нельзя, и мы с главным конструктором Сергеем Викторовичем Руссиновым срочно выехали в Москву.
В Москву прибыли 23-ю февраля, в день Советской Армии. Сразу же направились для выяснения всех обстоятельств к кураторам. Молчанов стоял как скала, и мы смекнули, что одним днем командировки здесь не отделаешься. Нужно было искать ночлег. К этому времени устроиться в гостиницу стало проблемой, но я успокаивал Руссинова тем, что в одном из корпусов гостиницы «Алтай» моя физиономия примелькалась, т.к. я часто у них останавливался.
На этот раз администратор гостиницы, вежливо раскланявшись со мной, пояснил, что в 10 часов вечера нет ни одного места. Нам может повезти в том случае, если забронировавшие номер туристы из Таджикистана «не дозаедут». Времени было часа четыре. От нечего делать мы решили поехать в центр Москвы. Там увидели сияющий огнями театр «Сове%& ской Армии», веселые праздничные толпы людей, но сами были не столь веселы. От нечего делать зашли в кинотеатр и посмотрели итальянский фильм с ужасами «Следствие закончено - забудьте», что так же не прибавило нам настроения. Доплелись до гостиницы и были осчастливлены - туристы «не дозаехали». Нам дали нормальный номер на двоих.
Весь следующий день был посвящен баталиям с Молчановым. К концу дня пришли к выводу, что без компромисса не обойтись, но компромиссный вариант должны были представить мы с Руссиновым. Мы с Сергеем Викторовичем рассчитывали все хорошенько обсудить в гостинице. К нашему удивлению и неудовольствию в своем номере мы обнаружили третью койку. Нам пояснили, что этому человеку в Москве, как и нам, больше ночевать негде. Вскоре появился наш постоялец, оказавшийся мужчиной в значительно более зрелом возрасте, чем мы. К нашему счастью, постоялец сидел недолго и, вскоре, благополучно заснул с прихрапыванием. Мы тут же, почти шепотом, приступили к обсуждению своих проблем. Задачка оказалась не из легких, да к тому же нас сильно стеснял постоялец. Выключив свет и улегшись в свои кровати, мы продолжали усиленно шевелить мозгами и поочередно бегать друг к другу с разными предложениями. Так продолжалось до тех пор, пока постоялец не выспался. Ближе к утру его наша беготня стала нервировать, он недовольно бурчал.